Призрак Эгона Шиле на нитях Дениса Чемериса

18 февраля, 2019

На малой сцене харьковского Дома актера имени народного артиста Украины А. И. Сердюка в Малом театре марионеток актер и режиссер Валерий Дзех поставил «Натюрморт». Он же является автором анимационного оформления спектакля.

В основу положена трагическая биография ярчайшего представителя экспрессионизма австрийского художника Эгона Шиле, выразительно поведанная нам двумя актерами и марионеткой. Замечу, что три исполнителя вряд ли бы справились без участия оживающей предметной среды, задействованной в этом сценическом действии. Угасающие ритмы музыкального сопровождения и локальный свет узконаправленных фонарей создают атмосферу выстраданного пространства, в котором центральное место занимает давно пустующий стул. Декоративная запыленность беспорядочно развешанных по стенам натюрмортов — доказательство того, что неведомо когда эту комнату покинули её владельцы, унеся в мир иной голоса, эмоции, радости и страдания, словом все то, что когда-то называлось жизнью. Мертвая натура, заключенная в рамы натюрмортов, постепенно заполняет узкий подиум, беря на себя наше внимание. Звонит телефон, к трубке тянется рука незаметно появившегося Эгона Шиле. Аппарат безответно звонит всегда в одно и то же время, словно таинственный некто не может высказаться, а желает лишь услышать голос одинокого художника. 
Управляет марионеткой Денис Чемерис. Руки в черных перчатках не видны. Таким образом создается эффект пустующего пространства и кажется, что кукла живет самостоятельно. Более того, она наделена индивидуальной манерой поведения, привычками и своеобразной тембральной окраской голоса. Исповедальный монолог в некоторых моментах переходит в диалоги с невидимыми персонажами, некогда принимавшими участие в короткой жизни талантливого художника. Конечно же, это две женщины — Валли и Эдит. С первой был бурный роман, вторая стала его женой, оставившей этот мир на шестом месяце беременности, а через три дня после её кончины умер и сам художник. 
Перед нами призрак, у которого, в отличие от Валли и Эдит, есть возможность возвратиться в мир живых, а вот образы его возлюбленных, запечатленных кистью художника, закрепощены в рамки его полотен навсегда. То есть ушедших художников мы воспринимаем как реально существовавших, а портреты, ими созданные, остаются персонажами их идеализированного вымысла. Человек-маска в белом (Валерий Дзех) — обезличенный персонаж, следящий за призраком Эгона Шиле. Он держит символические нити, способные при помощи сакрального пера дать Шиле возможность повторить путь, предопределенный судьбой в его реальной жизни. Попытка изменить художником что-либо в прожитой жизни остается безуспешной. Нить обрывается на полпути к трагическим событиям, которые невозможно исправить, став призраком. 
Мистическая драма воплощена марионеткой с такой эмоциональной силой, так выразительно, что становится не по себе! В соответствии с названием «Натюрморт», реальность самого спектакля туманна, ведь за символическими обозначениями и поступками действующих лиц угадывается иной, мистической смысл. Режиссером разработано все, что соответствует жанровым особенностям условной реальности с её длительными паузами, музыкальными отзвуками и повторяющимися репликами, помогающими улавливать потустороннюю таинственность сюжета. 
Фактура, из которой изготовлен сценический персонаж, творит чудеса при изменении театрального освещения. Огромные, наполненные тоской глаза, отзываясь на текст, раскрывают скрытый подтекст сказанной кукловодом фразы. В это сложно поверить, но глаза куклы разнообразят интонации актера и именно через них на неподвижном, не моргающем лице призрака выражено его внутренние состояние. Воистину, в руках Дениса Чемериса это бумажно-тряпичное изделие обретает ранимую душу, взывающую к состраданию. Следует отдать должное манере повествования, в которой без лишних интонационных красок актером тем не менее передается полнота чувств, выстраданных Эгоном Шиле после невосполнимых потерь, постигших при жизни.
Серьезную драму «Натюрморт» считаю удачным дебютом театра, ранее творчески ориентированного на детскую аудиторию. Для меня появление такой жанровой особенности было ожидаемо. От спектакля к спектаклю наблюдая за сценическими трансформациями Валерия Дзеха, видел, как расширяется его профессиональный кругозор, в сферу которого обязательно должен был попасть спектакль, соответствующий иным творческим критериям. И сегодня он появился. Но радует не только это, а еще и то, что сохранился оригинальный постановочный почерк, особая, стильная манера работы с марионеткой, присущая только этому режиссеру. 

Читать источник — Газета «ВРЕМЯ» (с) Александр Анничев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *